Interesting, или Разговорная синонимия (размышления)

Летом так случилось, что мне удалось принять участие в особом лагере «Мост английского языка и культуры» (организованной БелАЮ). Это была вторая смена, у нас были два педагога из Англии (г. Брайтон) и один парень из Швеции (г. Уппсала). В первой половине дня они (и я с коллегой Олей) проводили у детей неформальные занятия, а во второй половине дня уже наши белорусские педагоги занимались английским языком с детьми через игру. (Впечатлениями делился уже на своей территории.)

Но, в общем, единогласно через пару дней после начала лагеря и иностранные педагоги, и мы с Олей поняли, что мы должны запретить детям употреблять слово interesting. Задача любых занятий была в том, чтобы поощрять детей говорить. Неважно, какие ошибки грамматические они делают, главное говорить, стараться вспоминать слова, стараться не бояться этого делать. Вечером была неформальная рефлексия. И отовсюду раздавалось: “It was interesting.”

Interesting для ребят были и занятия, и фильмы, и поход в магазин, и обед, и душ, и звонок родителям, и игры после обеда, и утренняя зарядка, и дискотека, и «День Нептуна», и даже мелкие нарушения дисциплины одного из детей. Все, как зомби, вторили друг другу наперебой: “Oh, that was so… [тщетно пытаются подобрать прилагательное]… interesting!”

Я помню простые учебники Пановой, что у нас были в школе, но – уверяю – даже в них разнообразие слов, которые говорят о том, что что-то привлекает особое внимание, не ограничивалось лишь затёртым interesting. Пару раз кто-то – надо отдать должное – сказал excellent и amazing, но это были «редкие птицы». Притом уровень детей было вполне хорош (всё-таки в лагерь отбирают не первых встречных-поперечных школьников, а мотивированных). В чём же загвоздка? Неужели дети не знают других слов?

На мой взгляд, загвоздка в том, что дети не слышат (!) других вариантов там, где они могут их слышать, хотят они того или нет, – от учителей на уроках в школе. Учитель, который демонстрирует всю гибкость языка, может однажды только произнести какое-то эмоциональное слово – и оно запомнится ученику навсегда. Слова лучше всего запоминаются не те, что мы видим в учебнике (ну эволюционно так получилось: люди чаще всего передавали истории из уст в уста, использовали естественные аудиоканалы). Лучше всего запоминаются услышанные в контексте выражения, особенно если они вызвали у человека эмоцию, сильное (хоть и короткое) переживание.

Более того, типичные школьные программы не уделяют должного внимания личности человека. Это касается не только иностранного языка. Нас не учили, к примеру, тому, что уметь красиво, стройно и, главное, основательно выражать свое мнение по каким-либо вопросам (разве что уроки литературы), отходить от штампов и унификации – это один из важнейших навыков по жизни. Не учат, по сути, напрямую мыслить критически (обратная система в США, где, конечно с некоторым перебором, но почти все построено на этой идее), не показывают, как это надо делать. Учителя некоторые сами боялись свою точку зрения выразить по некоторым вопросам. Отсюда – блёклое interesting в ответах на любой вопрос. Как будто других чувств у детей и не бывает – только лёгкий интерес. А это неправда.

Вот мы и поставили цель в лагере для начала самим учителям отказаться от этого слова. И тогда полились эпитеты из наших уст: от нейтральных lovely, pretty decent, nice, amusing, entertaining – до мощных epic, mind-blowing, phenomenal, stunning, breathtaking, gorgeous, outstanding, incredible, astonishing, brilliant, magnificent, fantastic, fabulous, extraordinary – до разговорных cool и awesome и проч.-проч. Как много из этих слов есть в учебниках? Половина – точно. Как много дети употребляли реально? Естественно, за 8 дней мы не смогли привить любовь к разным словам, но они их слышали наверняка, они видели наши эмоции, и, уверен, когда у них будут эмоции, они их вовремя вспомнят. Чтобы детишки постарались запомнить слова, их нужно произносить n-ное количество раз, поэтому мы с Олей решили научить детей говорить комплименты друг другу, стараться использовать эти и другие синонимы, а также красиво отвечать на такие знаки любезности (а не молчать и улыбаться, как они сразу и делали).

Особенно интересно было со словами, означающими неодобрение. Погода ли, сериал ли, поведение ли, событие ли, задание ли – что угодно. Одним bad (not good) не отделаешься. Есть как очень деликатные варианты (mediocre, ordinary, second-rate, OK, so-so), так и вполне сильные (rubbish, terrible, horrendous, atrocious, lousy, appalling, complete and utter nightmare).

Всегда срабатывал метод записи слова большими буквами на доске (или на т.н. flipchart’е), когда слово явно новое и надо дать верное написание. И срабатывало ещё, когда были небольшие пояснения, в каких ситуациях то или иное слово можно использовать. Что погода может быть не только nasty или unpleasant, но и atrocious. И ещё пару примеров привести.

А главное – говорить с ними. Некоторые находят это трудной задачей, но в жизни (не только на уроках) я понял, что самое главное – задавать правильные вопросы. И в этом кроется загадка. Школьник не всегда поймет, что его гладкий ответ – не только оттого, что он все знает, а и от грамотно сформулированного преподавателем вопроса. Зато когда вопрос ему непонятен, заметьте, он сразу даст вам об этом знать. Либо смущенным взглядом, либо.. кхе-кхе.. так, что потом смущенным взглядом будете смотреть уже на детей вы сами (lol). Правильные вопросы, как минимум, а) однозначны, б) созидательны по своему эмоциональному посылу.

А еще вспоминается наш немецкий язык в университете. Когда мы на курсе «Перевод. Немецкий язык» брали с преподавателем более сложные тексты и по ним работали и после запоминали фразы (да, еще один ключ на пути к разговорному языку – запоминать не слова, а фразы, но я об этом уже писал ранее).

Всегда срабатывает и такая штука, как «предмет – название». Был у нас актовый зал, и детей мы с носителями языка собирали в auditorium. Давали нам зефир на полдник (midday snack), и дети с радостью ели этот meringue (такое подобие подобрала британка Кейти к тому, что увидела и оценила на вкус). Любая еда была в столовой – dining hall (food service; сравните с почти не употребляемым словом из учебника (canteen)). На занятия они переходили с одного места в другое согласно расписанию (schedule). Если мы проводили занятие на улице и сидели на туристических ковриках (mats), то мы просили детей их потом уносить. Если мы что-то показывали на проекторе (projector), то непременно просили кого-то из ребят подать пульт – remote (or, remote control), который лежал на подоконнике (windowsill). И мы тогда смотрели серию (episode) из какого-то сериала (TV series). Вечером был отбой (bedtime / lights out). Короче говоря, идея понятна: мы просто называем то, что они видят вокруг или с чем имеют дело постоянно. Здесь даже запоминать не нужно, слова сами овладевают человеком. А сколько таких предметов в школе? И сколько слов можно просто узнать без мозгового напряга?!

В который раз вспоминаю известные, но очень точные слова У.А. Уорда: “The mediocre teacher tells. The good teacher explains. The superior teacher demonstrates. The great teacher inspires.” [т.е. (авось английский для кого-то не первый иностранный и даже не второй): «Обычный учитель рассказывает. Хороший учитель объясняет. Выдающийся учитель показывает. Великий учитель вдохновляет».] Но «великий» действует как накопительная система. Без предыдущих ступенек высокой планки не может быть. Хотя она не так уж и высока. Демонстрировать. В конце концов, вам и самим это будет крайне… interesting.

Всего доброго!
Юрий

2 комментария

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

sixty seven − = fifty nine