О молчаливых учениках

Владение языком складывается из двух взаимосвязанных компонентов: аccuracy+fluency, правильности и беглости. Accuracy+fluence=proficiency.

Эти компоненты на первых порах мешают друг другу: когда человек пытается говорить на иностранном языке быстро, он допускает ошибки, а когда стремится говорить правильно, говорит медленно.

Кроме этих двух составляющих на первый план выступает также знание темы разговора. Мотивация отнюдь не самое главное, по крайней мере, не в зарубежной методике.  За рубежом иностранный язык имеет реальную значимость. Соответственно, и мотивации у изучающих язык естественная.

Как же быть с темой разговора, как достичь fluency, если всё знать невозможно? Заведи я сейчас разговор об администрировании блога, вряд ли многие из вас его поддержат. А пойдёт разговор о футболе или политике — я точно буду не в теме. В обоих случаях мы будем молчать, возможно, слушать.

Вспомните, какие темы поднимаются нами на уроках. Мы приходим в класс и заводим разговор о том, о чём у учеников весьма смутное представление. Какой цвет модный в этом сезоне? Вы знаете? Я — нет.  Что такое Твиттер? Даже если вы знаете, то большинство учеников нет. Примеров масса. Порой учителю самому трудно оторваться от текста учебника, потому что сам не достаточно владеет темой.  А наша любимая фраза «Today we are going to talk about… «совсем не мотивирует.  Видится картина, когда учитель говорит весь урок сам.

Представьте, что у меня нет дома телевизора (у меня его правда нет), а мне нужно обсудить с учениками тему любимых телепередач. Что я могу сказать? Я же смотрю фильмы только online. Полный фейл. И газета с программой телепередач не поможет. Вот я и начинаю с того, что у меня нет телевизора и мне хотелось бы узнать, какие передачи смотрят мои ученики. Дети сначала удивляются: «Как это — нет телевизора, Вы, наверное, шутите?», а потом начинают понемножку говорить. Называют передачи, советуют, почему именно ту или иную передачу лучше посмотреть. Но, поверьте, мне невероятно трудно поддерживать беседу.

А теперь вообразите на моём месте ученика, который представления не имеет о какой-то теме. Ему ведь намного сложней. Ему нечего сказать и он молчит.

Мы также привыкли перед любой устной темой давать ученикам список слов для запоминания. Что тут плохого? Зарубежная методика не особенно одобряет данный подход. Вы ещё не поняли,  почему? Ученик не владеет темой разговора, да ещё и лексики не знает. Будет молчать или говорить? Возникает вопрос о подходах к изучению лексики. Я пока не могу дать ответа на этот вопрос. Существует мнение, что ученику нужно давать больше времени на обдумывание ответа, поощрять обсуждение в парах , обращение за помощью к одноклассникам и к учебнику, и пока у ученика не исчезнет страх перед ошибками и самостоятельностью ответа, позволять предварительно обсуждать ответ на родном языке.

За рубежом студента скорее поставят в условия, когда ему нужно проиграть реальную ситуацию. Например, пришёл человек в магазин, а за прилавком новый продавец, который говорит только на английском.  Студенту нужно купить  вещь, название которой на иностранном он и близко не знает. И он начинает изъясняться, призывая на помощь всевозможные средства, от мимики и жестов до обращения за помощью к прохожим. «Купив», наконец, вещь, он решает и жизненную, и коммуникативную задачу.

Обучающие в наших вузах зарубежные студенты хорошо говорят по-русски. Они знают, зачем им нужен язык. А наши немотивированные ученики совершенно верно говорят, что тот язык, которому мы их учим, вряд ли пригодится им в жизни. Мы, в свою очередь, можем приводить массу примеров важности иностранного языка, прибегать к сравнению нашего предмета с другими общеобразовательными предметами (Много уравнений ты решаешь в жизни? Закон Ома ежедневно применяешь? А язык? О, язык  — это… очень хорошо!). А ребёнок видит перед собой преподавателя, который и с иностранцами-то никогда не общался и не выезжал за границу ни разу и думает: «Если иностранный язык такой важный, что же тогда стоишь передо мной, распинаешься, почему не достиг иных высот?»

Как-то невольно в своих рассуждениях я перешла к мотивации. А хотела сказать о том, что для того, чтобы не было в классе молчаливых детей, нужно, по крайней мере, отойти от учебника и говорить с детьми на те темы, которые их волнуют. Вопрос: как это сделать? Единственным ответом, который я могу на данный момент  дать, является тщательный отбор ситуаций для обсуждения  с ориентиром на знания и интересы учащихся.

Ваше мнение?

Статьи по теме:

http://www.teachingenglish.org.uk/language-assistant/teaching-tips/reluctant-talkers-1
http://www.teachingenglish.org.uk/language-assistant/teaching-tips/reluctant-talkers-part-2

5 комментариев

  • «…ученику нужно давать больше времени на обдумывание ответа, поощрять обсуждение в парах, обращение за помощью к одноклассникам и к учебнику, и пока у ученика не исчезнет страх перед ошибками…»
    согласен.
    а ещё на примере Берии-колледжа могу сказать, что очень много аудирования надо было делать в качестве самостоятельной работы (по исп., нем.). но там и лингофонные кабинеты везде, что тоже хорошо. и пока мы говорили, учитель никогда не исправлял/не перебивал.

    • Мне всегда казалось не очень правильным, что ученики обсуждают какие-то проекты в парах на родном языке. И до сих пор не знаю, как побудить их делать это на английском, ведь языковых средств явно не хватает. И до каких пор поощрять родной язык на уроке? В Берии-колледже ведь родной язык сам по себе был исключён из общения.
      На сайте одной из школ, наших, белорусских, видела расписание работы лингафонного кабинета для подготовки к экзамену. Дети слушают мало. Это к твоей реплике о достаточно большом количестве аудирования.

      • ну мы бы сами тоже не слушали. это было обязательным заданием. мы отчитывались потом.
        согласен, система по-другому устроена. и мотивации никакой. там выбирают ин. язык те, кому это надо, а не все подряд. это главное отличие. у нас хочешь или не хочешь — надо.

        • В инязе мы, помнится, ходили на прослушку (лингафонный кабинет так называли) для занятий по фонетике, разметку интонационную расставляли в текстах и диалогах. Это было необходимое домашнее задание для следующего занятия. А учеников заставить слушать можно только на занятии. Дома считанные слушают. Может только если мои пятиклассники, когда песню разучивали.

        • Добавлю ещё про иностранцев. На lang-8 наблюдаю, как китайцы и японцы изучают языки, в том числе и русский. Некоторые русские тексты настолько специфические, что поражаешься настойчивости изучающих. Не говоря уже про то, что очень многие изучают сразу несколько языков.
          Последний момент, который мне уже несколько дней не даёт покоя. Он связан с пеcней Stuck in a moment. На Амальгаме посмотрела перевод, который по смыслу ну ни в какие ворота. Dano (вокал)в песне рассуждает о том, что самоубийство — глупость, песня адресована его другу. На Амальгаме автор перевода делает главным персонажем песни девушку, да ещё и упоминает лишний вес…. Вспоминается описанный тобой хардкор в переводах студенток и твои пояснения. Язык — это не только лексика и грамматика, это ещё и знание культуры. Вот где масса невежества (моего в том числе). Где-то на форти есть пара моих песенных переводов. Никак не доходят руки пересмотреть и исправить. Переводы на троечку(( Ладно, на три с плюсом.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 2 = два