Чтобы образование было лучше, нам нужны педагогические дизайнеры

В последние несколько лет разговоры о реформе образования ведутся бесконечно. Среди многоголосья реплик по этому поводу мы слышим и упрёки, и предложения, и советы, и крики души. Моё предложение простое: если мы хотим сделать образование лучше, это надо делать в команде с разными специалистами, среди которых должно быть место педагогическим дизайнерам. Если таковых нету в достаточном количестве, то их можно начать подготавливать в вузах. Педагогические дизайнеры всегда разворачивают фокус работы в сторону обучаемого и не дают забыть, что именно обучаемый и есть главная фигура в образовании.

Посмотрим на умозрительный случай. В некой стране АБВ правительство недовольно уровнем школьного образования. Оценки школьников в аттестатах одни, а результаты стандартизированных тестов из года в год другие и всегда ниже, чем в аттестатах. После недолгих обсуждений чиновники делают вывод, что проблема в плохих учебниках, поэтому они принимают решение переписать все школьные учебники. Проходит пять лет после выхода в свет новых учебников, но оценки в аттестатах и результаты стандартизированных тестов по-прежнему разные, как день и ночь. Вопрос: что пошло не так?

Для педагогического дизайнера ответ очевиден: из-за поверхностного анализа ситуации было принято решение, которое оказалось неверным. Все усилия не стоили затраченных денег. Можно ли было спасти ситуацию? Конечно, можно, – если бы решать данную задачу пригласили либо очень интуитивных и дотошных людей, либо педагогических дизайнеров. Так кто же такой педагогический дизайнер? Чем он отличается от учителя? Почему именно педагогические дизайнеры должны быть в команде специалистов, которые призваны улучшить образование?

Что такое педагогический дизайн?

Простым языком педагогический дизайн – это практика создания такого образовательного внедрения, которое с большой долей вероятности гарантирует успешное обучение человека (школьника, студента, участника тренинга, слушателя курсов и т.д.). Более чёткую дефиницию предлагают авторы П. Смит и Т. Рейган в своей книге «Педагогический дизайн» (2005): «Термин педагогический дизайн относится к систематическому и рефлективному процессу перевода принципов обучения и преподавания в планирование обучающих материалов, заданий, информационных ресурсов и оценки их эффективности» (оригинал: “The term instructional design refers to the systematic and reflective process of translating the principles of learning and instruction into plans for instructional materials, activities, information resources, and evaluation” (с. 4).). Авторы сравнивают педдизайн с инженерным делом в том смысле, что педдизайнеры и инженеры используют проверенные временем практики, тщательно планируют будущий конечный продукт, стараются сделать его функциональным и привлекательным, но не всегда участвуют в его разработке и внедрении.

Толчком к возникновению этой дисциплины стала острая необходимость американской армии быстро и эффективно обучать солдат-новобранцев определённым навыкам (например, иностранному языку) зачастую без преподавателя и непосредственно «в поле». Методика оказалась успешной, но не идеальной, и с 1960-х годов** идеи педдизайна взяли на вооружение специалисты по обучению в университетах. Педагогический дизайн во многом вырос из психологии обучения и теории систем. В центре внимания педагогического дизайна всегда находится ученик, его способности и знания, а не только материал, который во что бы то ни стало нужно донести до ученика на уроке.

Кто такой педагогический дизайнер?

Педагогический дизайнер – это специалист, который создаёт обучающие материалы, используя педагогические теории, процесс педагогического дизайна, а также технологии (компьютерная программа, ручка, бумага и проч.). Обучающими материалами могут быть как программа тренинга, учебник, компьютерная программа, учебный план, так и отдельный учебный курс, модуль или даже отдельный урок. Педагогический дизайнер по определению не является специалистом в той или иной дисциплины, но выступает в роли консультанта и помощника в решении существующих проблем, связанных с обучением, в конкретном контексте. Педагогический дизайн по определению ситуативный и используется только тогда, когда имеющиеся обучающие материалы оказываются более непригодными для обучения. Педдизайнеры также выясняют пригодность или непригодность имеющихся материалов.

Педагогические дизайнеры работают с разными группами людей: руководители, другие педдизайнеры, специалисты в предметной области, обучаемые. Также они работают в различных контекстах: бизнес-предприятия, образование, армия, спорт, медицина, строительство, транспорт, сельское хохяйство и др. В каждой сфере деятельности, где встаёт необходимость в целенаправленном обучении людей, необходимы свои подходы в создании обучающих материалов. Педагогический дизайнер помогает экспертам в своём предмете из массива знаний выделить те, которые необходимые для определённой аудитории в определённое время в определённом месте. Основная предпосылка такого подхода состоит в том, что эксперт в предметной области не всегда знает, как организовать эти знания в обучающий материал и пользуется тем, чем всегда пользовались (типовой учебной программой, напечатанным учебником и т.д.). Один из признаков хорошего обучающего материала – в том, что обучаемый может справиться с ним без помощи учителя.

Основная работа педдизайнера происходит до того, как начинается преподавание. Однако не заканчивается после того, как преподавание завершилось.

Что представляет собой процесс педагогического дизайна?

Какие основные этапы в работе педдизайнера? Последовательность, которую я описываю, состоит из пяти этапов и повторяет самую распространённую модель в педдизайне – ADDIE (анализ, дизайн, разработка, внедрение, оценка внедрения). Итак, для начала педдизайнер занимается анализом среды, обстановки, технического оборудования, взаимоотношений в коллективе (это называется «фронтальный анализ») – всей той среды, в которой будет проходить обучение. На этом этапе педдизайнер находит проблему – несоответствие между тем, что должно быть, и тем, что имеется здесь и сейчас по факту.

Далее педдизайнер устанавливает причину этой проблемы. Если эта причина в знаниях, умениях или предвзятом отношении к чему-либо у потенциальных обучаемых («мне не нравится работать с компьютером, буду писать на бумаге»), то только тогда педагогический дизайнер начинает заниматься собственно дизайном – планированием образовательного внедрения. Если же причина проблемы в:

(а) мотивации («мне это не пригодится», «я никогда не разберусь в интегралах»),
(б) нездоровой атмосфере в коллективе («с одноклассниками невозможно общаться» или «учитель бросается в нас мелом»),
(в) отсутствии материальных ресурсов («у нас нет стульев в классе», «у нас не горит половина лампочек в кабинете», «у нас нет принтера в учительской»),
(г) прочих отрицательных факторах («я решил контрольную раньше всех, а учительница мне дала решать ещё три задачи», «я один раз провела открытый урок, и теперь каждые три месяца директор поручает мне давать открытые уроки»),

то педдизайнер после своего фронтального анализа, проведённого с усердием детектива, доносит эту мысль до человека, ответственного за принятие решения, и не рекомендует решать выявленную проблему педагогическим внедрением. Он предлагает либо поднимать боевой дух в коллективе, либо финансово поощрять хорошую работу и не поощрять плохую, либо выделить средства на покупку ресурсных материалов типа бумаги, принтера, лампочек и т.п., либо чаще давать обратную связь сотрудникам или ученикам, либо сделать буклеты типа «как работать с …» (новой программой на компьютере, например), либо объяснить преимущества работы с новой системой («с новыми компьютерами работать легче, потому что…»), либо искать новый персонал, либо расширять обязанности текущего персонала, и так далее. Педагогические внедрение (например, переписывание учебников) далеко не всегда является единственным решением проблемы.

Нельзя недооценивать фронтальный анализ, педдизайнеры по преимуществу в 60% случаев останаливаются на этом этапе и не рекомендуют тренинги или создание новой программы. В одной фирме в США был случай, когда коллектив резко перестал быстро и слаженно работать. Начальник позвал педдизайнеров, чтобы они разработали тренинг и научили сотрудников снова хорошо работать. После долгого выяснения причин, потребовавшего от педдизайнеров мастерства в приобретении друзей, зоркости и глубокого анализа, выяснилось, что причиной разлада стало анонимное сообщение в коллективном чате на компьютере: кто-то из сотрудников неосторожно бросил, что посиделки за обедом слишком затягиваются и работа идёт медленно. Этого было достаточно, чтобы атмосфера в коллективе накалилась. Эту проблему нельзя было решить тренингом.

Если, однако, педдизайнер выяснил, что проблема именно в знаниях, умениях или предвзятом отношении к чему-либо со стороны обучаемых, то тогда решение проблемы заключается именно в создании образовательной программы (тренинг, семинар, месячный курс, трёхмесячная программа и т.д.). Это собственно дизайн. Для этого по определённым канонам ставятся учебные цели и задачи, создаются рубрики оценивания знаний для учеников, чтобы они могли знать заранее критерии своего успеха по окончании обучения. Потом создаётся прототип учебного внедрения с помощью экспертов в той или иной области знаний – детальный план того, как будет построена вся учебная программа, в некотором смысле это похоже на детальную карту местности. Если прототип хороший и в нём нет ошибок в содержании, тогда этот прототип разрабатывается далее и становится реальным учебным материалом (это может быть учебный пакет, учебник, учебная программа, электронный учебник, обучающая игра на компьютере, видеоуроки, тесты, контрольные упражнения и т.п.).

Следующий этап – разработка. Педагогические дизайнеры собирают необходимый учебный материал у экспертов в своей дисциплине и преобразуют его в нужную форму, опираясь на педагогические теории. Встаёт вопрос: разве эксперт сам не может этого сделать? Ответ: всё зависит от конкретного эксперта. Ввступает в силу принцип: эксперт не всегда знает, как доступно и не огрублённо донести свои знания до других так, чтобы было понятно, и как дать ровно столько материала, сколько нужно обучаемому на определённом этапе развития. Разработанное педагогическое внедрение потом испытывается с фокусной группой, проверяются результаты, предлагаются улучшения, вносятся исправления. Также выбирается техника оценивания всего этого педагогического внедрения: какой будет критерий того, что программа или тренинг были полезными для обучаемых?

После этого всего программа внедряется на практике (с помощью учителей, инструкторов, специальных тренеров), а когда программа заканчивается, то подводится итог (оценка эффективности): удалось ли закрыть пробел между тем, что дожно быть, и тем, что имеется на деле? Удалось ли устранить проблему в знаниях, навыках или предвзятом отношении? Принесло ли пользу это обучение в краткосрочной перспективе? Есть ли ценность программы в долгосрочной перспективе? Как эта программа помогает обучаемому в других ситуациях (в других предметах, на работе)? Что из этой программы можно повторить в будущем, а что необходимо переработать?

Если программа оправдала себя, тогда её рекомендуют к повторению, если нет, она либо улучшается, либо отвергается, но в любом случае цикл педагогического дизайна начинается заново. Такой подход называется итеративным. Стоит сказать при этом, что педагогический дизайнер помимо всего прочего является проектным менеджером, который руководит проектом, старается вложиться в заданные временные рамки, выбрает хорошую команду помощников, сужает круг проблемы так, чтобы не упустить из виду ничего важного.

Таким образом, педагогический дизайн – это систематический и одновременно системный процесс. Другими словами, создание учебной программы должно органично соотноситься с бóльшей системой, к которой она принадлежит, чтобы не было явного разрыва между дисциплинами (например, программа по истории соотносится с программой по литературе, а программа по физике соотносится с программой по математике – знания с одного предмета дополняются знаниями с другого).

В чём отличие от учителя?

Вопрос: должен ли всем этим заниматься учитель? Если да, то когда и почему? Очевидно, что задачи у учителя другие, и главная из них – помогать ученикам учиться, способствовать их обучению. Не только натаскивать на тесты и поэтому игнорировать в чём-то отстающих учеников, но научить думать. Задача учителя – быть советником и, если угодно, старшим другом ученика: объяснять материал, если он сложный, стимулировать интерес, вдохновлять, давать интересные задания на уроке, давать обратную связь.

Также учитель создаёт на уроке такую среду, в которой ученики видят ценность того материала, который изучают, его применимость в жизни, взаимодействуют с этим материалом, докапываются до истины, а не просто сидят и пассивно слушают учителя или пересказывают параграф из учебника. Учитель – знаток своего предмета, но не лектор. Учитель – это, как в английской поговорке, «помощник, который стоит сбоку, а не мудрец, который вещает со сцены». Безусловно, любой учитель по роду своей деятельности занимается созданием курсов, уроков, планов своей репетиторской работы – то есть случайным педагогическим дизайном, но нередко делает это на интуитивном уровне или благодаря большому педагогическому опыту. Навыки педагогического дизайна могут значительно улучшить работу и самих преподавателей на микроуровне (например, урок или блок тем).

Можно привести маленький пример того, как педагогический дизайн можно применять учителю на уровне урока. К примеру, на уроке математики тема – отрицательные числа в пятом классе. Педдизайнер, даже не знающий ничего в математике, подойдёт к этому вопросу примерно так: как эта тема соотносится с предыдущими и будущими темами, что практического и жизненного есть в этой теме, зачем это надо ученику, что ученик сможет сделать с этим знанием после урока, что станет показателем того, что тема прочно усвоена, какой будет проверочный материал? Далее: удастся ли учителю говорить не более чем 20% классного времени (9 минут из 45), и если нет, то тогда есть смысл вынести часть темы за пределы урока. Один из вариантов решения может быть таким: накануне темы про отрицательные числа попросить детей дома подумать над тем, что общего в следующих ситуациях: (1) мороженое стоит 10000 рублей, а у меня в руках только 8500, (2) торт разделили на 11 человек, но на праздник пришли ещё два человека, (3) в прошлом месяце я весил 60 кг, а в этом 58 кг и так далее. Практическим применением отрицательного числа для пятиклассника может стать понятие дефицита или снижения показателей. Пятиклассник может не знать этих слов, но это дело поправимое. В таком случае урок можно начать с небольшого обсуждения на 1–2 минуты, чтобы активировать внимание учеников и подготовить их к теме, а дальше сказать, зачем вы все вместе целый урок будете заниматься этой темой (например, «к концу урока вы сможете сказать точно с помощью отрицательного числа, сколько книг пропало из дома, в котором поселился домовой» и «отрицательные числа будут с вами до конца школы, даже больше – до конца жизни»). Потом учитель объясняет на примерах тему и даёт время ученикам «поиграть» с этой темой наедине с собой или в малых группах, без надзора учителя. Через 10–15 минут можно сравнить ответы всем классом, и далее учитель может предложить кому-то из учеников решить новый пример у доски. Наконец, надо дать ученикам главную задачку, с которой начинался урок, – это и будет достижением поставленной цели: решение практической жизненной ситуации.

Отмечу, что это только один вариант подхода к данной теме, есть множество способов сделать связный урок, и учителя это прекрасно знают. Цель в том, чтобы вовлечь максимальное количество учеников в процесс мышления и показать, для чего этот материал нужен ученику сегодня и понадобится в будущем. Эту ситуацию с отрицательным числом можно было бы решить с помощью модели перевёрнутого класса (дома разобраться в теме самостоятельно, а урок сделать практическим занятием), можно было бы сделать командную игру с разными уровнями, которые можно пройти, только если решить все задачки, а можно было бы дать 10 заданий и сказать, что если ученики решат их правильно раньше времени, то их освободят от домашнего задания, и многое-многое другое. Главное – понимать, почему на уроке делается то, что делается, и как работают принципы обучения. Это справедливо и на уровне урока,  и на уровне курса, и на уровне всей программы.

Однако ни учитель, ни преподаватель вуза, ни профессор в Академии наук не занимаются макроуровнем образования в своей ежедневной практике, и требовать от них этого – значит забирать время, которое уходит на подготовку к их основной работе. Как правило, учитель доносит до учеников то, что заложено в учебной программе. Вне зависимости от того, все ли ученки усвоили материал или нет, учитель должен идти дальше по плану. Педагогический дизайнер в этом конкретном случае может рекомендовать ослабить обязательную учебную программу, предложить этически разумный минимум: к примеру, учебная программа по русской литературе в 6 классе должна включать изучение 10 обязательных произведений, а также 6-10 произведений на усмотрение учителя. Такой подход учитывает контекстуальные различия в различных учреждениях образования и даёт учителю свободнее распорядиться учебным временем для того, чтобы обучение учеников было более эффективным.

В случае страны АБВ, в которой переписали учебники и не увидели значительных сдвигов к лучшему, педдизайнеры практически могли бы помочь сделать фронтальный анализ ситуации, выявить потребность в изменении этой ситуации и пересмотреть глобальные цели. Если понимать проблему в том, что оценки на стандартизированных тестах не соответствуют школьным отметкам в аттестате, тогда педагогическое внедрение пойдёт в одном направлении (например, на месте школ открыть центры подготовки к тестам и отказаться от учебников); если понимать проблему в том, что по окончании школы личность затрудняется принимать ответственные решения (вести бюджет, защитить ребенка, которого обижают, отказаться брать взятку), не умеет грамотно и уверенно выражать свою точку зрения или слушать другого, тогда внедрение пойдёт в другом направлении (нужен баланс гуманитарных, точных и естественных наук, и тогда могут помочь хорошо разработанные учебники и учебные программы). В любом случае надо сразу препарировать образование по разным аспектам, посмотреть, что не функционирует, а потом решать: помочь выздороветь и ожить этой системе или просто кое-как дать ей выжить до следующего острого приступа.

Итог

Именно в силу того, что педагогические дизайнеры систематически и тщательно обучаются своему делу: изучают принципы и теории обучения, педагогические теории, ищут все возможные причины проблем в той или иной среде и не прибегают сразу к простым решениям, создают конкретные цели и задачи образовательного внедрения (помогающие ученику понять, что является критерием успеха в предмете), с помощью специалистов по теме доступно доносят обучаемым содержание предмета, а также создают такие задания, которые задействуют различные виды знаний у учеников (знания фактов, идей, концепций, умение применять, анализировать, синтезировать материал и создавать новое на основе изученного), – можно сказать, что помощь педдизайнеров, как воздух, необходима всегда, когда встаёт вопрос о реформе в образовании.

Специалистам, которые получают магистерскую степень в педагогическом дизайне, присваивается степень «магистра наук» (не «магистра искусств», которая обычно присуждается специалистам в области образования). На постсоветском пространстве встречаются выражения «педагогическое проектирование» и «разработка учебных программ» – это, в сущности, одно и то же. Педагогический дизайн – это прикладная наука о том, как организовать образовательное внедрение так, чтобы оно гармонично соотносилось с другими элементами в учебной программе, как построить блоки темы внутри одного курса так, чтобы была последовательность, как, наконец, в рамках одного урока, академической пары, тренинг-сессии, спортивной тренировки и проч. организовать задания так, чтобы максимально вовлечь учеников в работу и помочь им быстрее и эффективнее усвоить нужный материал. Нам нужны такие технические и одновременно творческие специалисты в образовании, которые, как гласит другая английская пословица, «видят не только деревья, но и лес за ними».

** Glaser, R. (1962). Psychology and instructional technology. In R. Glaser (Ed.), Training research and education (pp. 1-30). Pittsburgh, PA: University of Pittsburg Press.

Smith, P., & Ragan, T. (2005). Instructional design (3rd ed.). Hoboken, N.J.: J. Wiley & Sons.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 3 = четыре